Маргарет Тэтчер:
"Экономика является методом, объектом является изменение души".
Боремся с протекционизмом. Видимо успешно. Похоже уже побороли. Наши предприятия в протекции не нуждаются, потому, как конкурировать ни с кем не собираются. По нефтегазу дела обстоят относительно нормально. С производством остальной продукции сложностей тоже практически нет, не до конкуренции. Рубль дорожает, готовая продукция дорожает вместе с ним и соответственно становится не конкурентоспособна по цене. О качестве не говорим. Работаем на внутренний рынок, как при советской власти? Работаем, видимо, как при советской, а вот потребляем, как при диком капитализме.
Все чаще появляется ощущение дежавю. Застой и лозунги. Но это ложное ощущение. В ту реку мы не вступим. Это хорошо понимаешь, когда идешь по любимым с детства улицам города, дома те же, но архитектурная пластическая хирургия с архитектурным силиконом, сделала их все на одно, чужое лицо. Так, наверное, дочь взирает на мать, помолодевшую под ножом хирурга, но напрочь утратившую фамильное сходство и возрастную идентификацию.
Тоже самое и в общении. У всех нас стало больше жесткости, прагматизма и меньше романтизма. Какая уж тут романтика.
Самосознание выросло немеряно. Если когда-то директора овощных баз на крымских пляжах косили под профессоров, а дальнобойщики под инженеров, то теперь попробуйте найти где-нибудь вне рабочего места кого-нибудь работающего на рынке. Нету их, на вопрос, кем работаете, отвечают - у меня бизнес. Страна сплошных чиновников и бизнесменов.
Все умеют руководить ( руками водить) и продавать. Профессорами а тем более инженерами притворяться противоестественно, их престиж сведен трудными перестроечными годами до нуля. Аутсайдеры.
Тогда с чем боремся, если производить некому и нечего? Протекция кому?
Практически все ВУЗы за последние два десятилетия сократили прием абитуриентов по основным специальностям – конструкторов, строителей, технологов, электронщиков и открыли новые факультеты, выпуская экономистов, юристов, журналистов, фотографов и будущих владельцев туристических фирм.
Страна нацелена на потребление, а не на производство. И тут неважно, кто будет потреблять, свой или чужой из-за кордона. Вернее чужой предпочтительнее, он оставляет в нашей стране вожделенную валюту.
Прекрасное слово – оставить. Не заработать валюту расширением экспортных позиций, а рассчитывать, что кто-то её оставит, забудет на скамейке бульвара, как старую газету. А мы уж поднатужимся, обслужим соответствующим образом в гостинице, вон сколько учебных заведений готовит менеджеров гостиничного бизнеса. Поснимаем на фоне Кремля, московского и новгородского, вон сколько фотографов мы выучили, поработаем гидами, а если с высшим не сложилось, то горничными или водителями экскурсионных автобусов. В крайнем случае поработаем таксистами. Решили, наконец, проблему такси. Таксоиномарки приезжают, как прилетают, со скоростью звука, если в пробках не стоят.
В результате получается, что при сложившейся на сегодня профессиональных предпочтениях и профессиональной структуре населения, протекционизм нам не грозит. Тут другая реальная угроза, не стать бы банановой республикой.